Серж Саргсян: представленный правительством РА пакет документов является попыткой переложить на других ответственность за последствия провальной политики властей в отношении нагорно-карабахского конфликта

АрмИнфо.  Третий президент РА Серж Саргсян прокомментировал публикацию правительством РАдокументов, касающихся переговорного процесса по нагорно-карабахскому конфликту.

По словам экс-президента, представленный правительством РА пакет документов является не чем иным, как упрощенной и одновременно бесперспективной попыткой переложить  на других ответственность за катастрофические последствия провальной политики нынешних властей в отношении нагорно-карабахского конфликта после мая 2018 года. <Возникает очень простой вопрос: если, по утверждениям нынешних властей Армении, переговорный процесс и предложения сопредседателей принесли выгоду только Баку, то почему азербайджанская сторона отвергла все эти предложения, критиковала сопредседателей и даже призывала к роспуску группы, по крайней мере, в период с 2008 по 2018 год?  Азербайджан, в отличие от Армении, отказался принять в качестве основы 5 заявлений президентов стран- сопредседателей - России, США и Франции - по Нагорному Карабаху. Азербайджан, в отличие от Армении, отверг заявления, принятые министрами иностранных дел ОБСЕ в рамках Совета министров ОБСЕ в 2008-2017 годах, и заявление, принятое на саммите ОБСЕ в Астане в 2010 году, или впоследствии отказался от первоначального соглашения. Азербайджан, в отличие от Армении, отказался от соглашений, достигнутых на саммитах в Санкт-Петербурге (17 июня 2010 г.), Астрахани (27 октября 2010 г.), Сочи (3 марта 2011 г.), Казани (24 июня 2011 г.), Сочи (23 января 2012 г.), Вене (16 мая 2016 г.), Санкт-Петербурге (20 июня 2016 г.) и Женеве (16 октября 2017 г.). Зайдя в тупик в переговорном процессе, Азербайджан неоднократно угрожал выйти из него до 2018 года, но не предпринял этого шага, опасаясь открытой конфронтации со странами-сопредседателями, обладающими международным мандатом на посредничество в урегулировании конфликта - тремя постоянными членами Совета Безопасности ООН - Россией, США и Францией, и, соответственно, опасаясь открытого столкновения со всем международным сообществом. В то же время Баку, неоднократно нарушая режим прекращения огня и торпедируя переговорный процесс, постоянно провоцировал Ереван на отказ от переговоров, чтобы обвинить Армению в провале мирного процесса. Но азербайджанской стороне это никак не удалось. Более того, позиции Армении и сопредседателей Минской группы ОБСЕ стали практически идентичными, о чем неоднократно заявлялось публично. Отказываясь почти от всех предложений и инициатив стран-сопредседателей или постоянно отступая от уже достигнутых договоренностей, Азербайджан фактически противостоял не только Армении, но и международному сообществу в своих подходах к урегулированию конфликта>, - отметил экс-президент.

Он подчеркнул, что после смены власти в Армении весной 2018 года стала очевидной необходимость и важность продолжения усилий, направленных на сохранение, укрепление и дальнейшее совершенствование всего, что было достигнуто за годы переговорного процесса по мирному урегулированию.  Также стало очевидно, что отступление от этого может иметь непредсказуемые последствия. Сопредседатели Минской группы ОБСЕ также разделяли это мнение. Однако после мая 2018 года новые армянские власти объявили о своем решении начать переговоры со <своей позиции>, фактически отказавшись от результатов переговорной работы прошлых лет, но при этом не объяснив даже сопредседателям, в чем именно заключается эта <позиция>. Если раньше их неоднократно заверяли, что позиция Армении соответствует подходам сопредседателей Минской группы ОБСЕ, то Ереван предстал в глазах международного сообщества неконструктивной стороной переговорного процесса. <А после того, как новый правитель Армении, <поставив себя на место сумасшедшего>, начал выражать сомнения в возможности разрешения конфликта путем переговоров, Баку получил то, чего не мог сделать годами: обвинение Армении в отказе от переговоров как повод для войны. Можно ли было остановить войну? Вероятно, да, если бы они были готовы к адекватному контрнаступлению и если бы была поддержка и понимание со стороны союзников и международного сообщества, которое предприняло бы решительные меры для немедленного прекращения боевых действий. Мы стали свидетелями такого развития событий в апреле 2016 года, когда, потерпев неудачу на дипломатическом поле, Азербайджан развязал агрессивные действия против Нагорного Карабаха, пытаясь силой навязать свои подходы в рамках переговорного процесса, но эти попытки провалились. Однако из-за очевидных дипломатических, политических, а также военных ошибок Пашиняна и его команды Армения в 2020 году оказалась в крайне плачевном состоянии, что привело к сокрушительному военному поражению с тысячами жертв и потерей Арцаха. Утверждения о том, что в ходе переговорного процесса Россия и другие страны- сопредседатели, чтобы урегулировать конфликт, якобы предлагали Азербайджану вернуть 7 районов, находившихся под армянским контролем вокруг Нагорного Карабаха, не предлагая ничего взамен в плане статуса, гарантий безопасности или других характеристик, не только не соответствуют действительности, но и не выдерживают никакой критики. Страны- сопредседатели Минской группы неоднократно заявляли об этом, и документы, опубликованные нынешними армянскими властями 2 декабря, ясно это подтверждают. С декабря 2008 года до саммита президентов России, Армении и Азербайджана в Казани 24 июня 2011 года стороны вели переговоры по соглашению об <Основных принципах> при посредничестве России и сопредседателей Минской группы ОБСЕ. Было проведено двенадцать двусторонних (Армения и Азербайджан) и трехсторонних (Россия, Армения и Азербайджан) саммитов президентов, а также три десятка встреч министров иностранных дел. Азербайджан всегда уклонялся от достигнутых соглашений. Кульминацией стал Казанский саммит, когда, вопреки ожиданиям стран-сопредседателей, Азербайджан фактически отказался от уже согласованного текста, предложив более 10 поправок. После Казани, с 2011 по 2018 год, сопредседатели продолжали свои усилия по поиску путей урегулирования конфликта. После проекта <Основных принципов>, обсуждавшегося на Казанском саммите (последний рабочий документ, который был передан в Секретариат ОБСЕ вместе со всеми рабочими документами, согласованными до 2011 года), ни один рабочий документ не стал предметом переговоров между сторонами. Неслучайно  Сергей Лавров неоднократно заявлял, что <никаких документов, кроме тех, что переданы в ОБСЕ, не существует>. Все предложения, разработанные с 2011 по 2018 год, были представлены сторонам в <небумажном> формате и отличались от документа, обсуждавшегося в Казани в июне 2011 года, только формой, но не содержанием. Последние версии этих <неофициальных документов> были сформулированы в виде трех взаимосвязанных документов, представляющих собой единое целое, которые вместе сохранили почти все элементы Казанского документа и представляли собой прочную основу, закрепляющую комплексный подход к урегулированию нагорно-карабахского конфликта. <Неофициальный документ>, представленный сторонам в Кракове 18 января 2018 года, состоял всего из трех пунктов, изложенных на одной странице, которые, как предложили сопредседатели, могли бы быть включены в возможное будущее совместное заявление Армении и Азербайджана. Баку также отклонил это предложение. Только в июне 2019 года, через год после прихода Пашиняна к власти, был передан сторонам первый официальный (а не <небумажный>) документ, подписанный сопредседателями после казанского саммита, содержащий те же предложения, что и представленные в апреле 2019 года, но без подписи сопредседателей. Какие положения были разработаны совместно с сопредседателями по карабахскому урегулированию с 2008 года? Временный статус. До принятия окончательного решения о статусе Нагорный Карабах получал временный статус с описанием всех деталей его механизмов, а именно: формирование и функционирование законодательных, исполнительных и местных органов власти, судов, сил самообороны и правоохранительных органов, статус наблюдателя в ОБСЕ, а также право на вступление в международные организации, где временный статус Нагорного Карабаха не будет рассматриваться как препятствие, осуществление внешних связей в районах, предусмотренных соглашением, прямые иностранные инвестиции, помощь от международных донорских организаций и иностранных государств, а также доступ к международным рынкам. Всё это на практике, как отмечали сами сопредседатели, означало <статус-кво плюс>, а вовсе не отмену существующего статуса Карабаха.  Окончательный правовой статус. Предполагалось, что окончательный правовой статус Нагорного Карабаха будет определен путем всенародного голосования, которое закрепит свободное выражение воли населения Нагорного Карабаха (сопредседатели настаивали на этом во всех своих предложениях, несмотря на требование Баку о проведении референдума о статусе Нагорного Карабаха на всей территории Азербайджана), имеющего юридически обязательный характер. При этом подчеркивалось, что формулировка вопроса или вопросов, вынесенных на голосование, никоим образом не будет ограничена, предполагая выбор любого статуса. Под населением, участвовавшим в голосовании в Нагорном Карабахе, подразумевались лица любой национальности в той же пропорции, что и в Нагорном Карабахе в 1988 году, согласно результатам последней переписи населения, проведенной до начала конфликта (по данным переписи, армянское население Нагорного Карабаха в то время составляло 76%).  Гарантии безопасности. Временный статус предусматривал многоуровневые гарантии безопасности: обязательство Азербайджана не применять силу против Нагорного Карабаха, международные миротворческие операции с развертыванием миротворческих сил, признание роли Армении как гаранта безопасности Нагорного Карабаха, обеспечение безопасности силами самообороны Нагорного Карабаха, гарантии безопасности со стороны стран-сопредседателей, а также соответствующая резолюция, принятая Советом Безопасности ООН для этой цели. Коридор, соединяющий Нагорный Карабах с Арменией. До окончательного определения статуса нагорно­карабахские власти должны были обеспечить и решить все вопросы, касающиеся безопасности коридора через Лачинский район, в условиях статус-кво, существовавшего на момент вступления в силу мирного соглашения.  Окончательный статус и ширина этого коридора должны были быть определены в контексте окончательного определения статуса Нагорного Карабаха. Возвращение территорий. В рамках пакетного соглашения, касающегося таких характеристик, как определение окончательного статуса, коридора и других элементов, после выполнения международных и других четких гарантий и мер безопасности, в том числе Совета Безопасности ООН, после вступления в силу мирного соглашения, предусматривалось возвращение пяти регионов - Агдама, Физули, Джабраила, Зангелана и Кубатлы - которые будут демилитаризованы, а миротворческие силы будут размещены непосредственно на линии соприкосновения, а не в Карабахе. Возвращение некоридорной части Лачина и Кельбаджарского района предусматривалось в связи с соглашением об организационных вопросах проведения национального референдума по определению окончательного статуса Нагорного Карабаха.

Открытие каналов связи. В рамках реализации соглашения об урегулировании конфликта Казанский документ, а также его последующие разработки, предлагали снять все оговорки и особые мнения из соответствующих международных соглашений, ограничивающие свободу коммуникационных путей, снять блокады, обеспечить транспортное и другие беспрепятственное сообщение, открыть все границы и коммуникационные пути, проходящие через территории сторон (эти ограничения были введены самим Азербайджаном).  Повторимся, речь шла об открытии коммуникационных путей по всему региону, и не было акцента на каком-либо конкретном регионе или регионах. Все предложения сопредседателей предусматривали пакетное решение нагорно-карабахской проблемы с поэтапным осуществлением взаимосвязи всех компонентов урегулирования>, - сказал третий президент РА.

Он добавил, что очень странно, если не сказать отвратительно, видеть в небольшом, выборочном списке из десятков существующих документов по Нагорному Карабаху, опубликованных нынешними правителями Армении, ссылки на заявления действующего председателя ОБСЕ в рамках Будапештского саммита ОБСЕ 1994 года и Лиссабонского саммита 1996 года. Не менее парадоксальна публикация и ссылки на резолюции, принятые Советом Безопасности ООН в 1993 году по карабахскому вопросу. Ни один из этих документов, за исключением азербайджанского, не был упомянут или упомянут кем-либо, ни ООН, ни ОБСЕ, ни странами-сопредседателями, по меньшей мере, в течение десяти лет после 2008 года.

<Пашинян и его команда сегодня фактически превратились в сторонников азербайджанского руководства. Кроме того, нынешние власти игнорируют, как это делал Баку на протяжении многих лет, заявления по Нагорному Карабаху, принятые в рамках саммита ОБСЕ и Совета министров иностранных дел в 2008-2017 годах, не говоря уже о важнейших заявлениях по карабахскому урегулированию президентов стран-сопредседателей - России, США и Франции, которые были опубликованы в 2009-2013 годах в Л'Аквиле, Мускоке, Довиле, Лос-Кабосе и Эннискиллене. Подобно тому, как игнорируются не менее значимые заявления, принятые на встрече президентов и министров иностранных дел в Вене 16 мая 2016 года и на саммите в Санкт-Петербурге 20 июня 2016 года, забываются многочисленные совместные заявления президентов России, Армении и Азербайджана. Опубликовав ряд документов со ссылкой на сайт бывшего российского сопредседателя Минской группы ОБСЕ В.Н. Казимирова, армянское правительство сделало вид, что не замечает ключевых трехсторонних, бессрочных соглашений о прекращении огня между Азербайджаном, Нагорным Карабахом и Арменией в 1994-1995 годах, достигнутых во многом благодаря послу Казимирову. Список можно продолжать. Именно такое наследие в отношении карабахского урегулирования получило армянское правительство, и с которым правительство Пашиняна так некомпетентно и с такими трагическими последствиями обращалось. Логично было бы предложить нынешним армянским властям опубликовать документы по Нагорному Карабаху, принятые после 2018 года. Будем надеяться, что их копирование не займет слишком много времени. И эта публикация станет наглядным доказательством того, какое наследие Пашинян оставит будущим лидерам Армении. Ведь, придя к власти, Пашинян обещал <информировать народ обо всем>, кто <дал ему мандат>. Однако это обещание трансформировалось в видеоролики, размещенные в Facebook, о велопрогулках по разным уголкам мира, селфи, поедании пирогов и так далее. И наконец, как апофеоз, прозвучало:  <Что бы ни потребовалось, мы будем вести переговоры>. А что же запомнилось о политике Пашиняна в отношении Нагорного Карабаха? В общественном сознании остались лишь два тезиса: первый - <Арцах - это Армения, и точка>, а второй - <Нагорный Карабах - это Азербайджан:>. Публикация документов по Нагорному Карабаху 2 декабря 2018 года, задуманная Пашиняном и его командой, была призвана не только дискредитировать прежние власти, возглавляемые тремя президентами, путем манипулирования общественным сознанием и попытки возложить на них ответственность за провал их пораженческой политики, представленной как миротворчество. Она также была направлена на отвлечение внимания людей от тяжелого бремени трагических последствий некомпетентной политики нынешних властей. Однако эта попытка полностью провалилась и фактически обернулась самоисключением команды Пашиняна и признанием её полной ответственности за содеянное>, - заявил третий президент Армении.