Отказ Грузии и Украине в членстве в НАТО – следствие, постепенно исчезающего, страха перед Россией

АрмИнфо.- Эксперт Georgian Strategic Analysis Center, политолог Гела Васадзе в интервью АрмИнфо рассуждает о возможных изменениях в евроатлантических перспективах Грузии в связи с текущей ситуацией в Украине и вокруг Украины. Делится видением и своими прогнозами относительно возможных сценариев развития ситуации на Южном Кавказе в связи с последними масштабными геополитическими встрясками на евразийском пространстве.     

- 11 апреля премьер-министр Грузии Ираклий Гарибашвили в ответ на заявление директора СНБО Украины Алексея Данилова о дополнительных фронтах в сфере интересов России на территории других стран, в частности Грузии, заявил, что власти Грузии открытия у себя второго фронта не допустят. Насколько, на Ваш взгляд, данная позиция официального Тбилиси в интересах Грузии?

- Мягко говоря, странные заявления нашего премьер-министра связаны исключительно с внутриполитическим контекстом. Он однажды умудрился сказать, что в Украине у власти находится грузинская оппозиция. Это весьма печально, так как разбазаривается огромный политический капитал наших отношений со свободным миром, который складывался годами ещё со времен Эдуарда Шеварднадзе. Однако не стоит преувеличивать вину самого премьер-министра, он в данном случае действует в рамках, заданных им Бидзиной Иванишвили, который в свою очередь больше всего на свете боится казначейства США, Владимира Путина и Михаила Саакашвили. Никто от Грузии не требовал открытия второго фронта, и странная реакция премьера в реальности – это не что иное, как сигнал Москве - мы сидим тихо и не отсвечиваем. Не отсвечивать, конечно, можно, но по итогам этой войны каждой стране придется платить по счетам, и Грузия тут не исключение. По сути, нам конкретно придется платить за политическую трусость собственного руководства.

- Отказ правительства Грузии участвовать в санкциях в отношении РФ вызвал определенное недовольство на Западе, в целом, и в Украине, в частности. Чем, на Ваш взгляд, обусловлена данная позиция, и какую роль в ней мог сыграть Бидзина Иванишвили?  

- Тут надо уточнить, Грузия присоединилась ко всем международным санкциям против России и не могла не присоединиться. Грузия отказалась вводить свои санкции и закрывать транспортное сообщение и небо. По транспорту никаких претензий к Грузии пока нет. А вот по отказу вводить свои санкции, если бы наш премьер не фонил, этого просто никто и не заметил. Но он фонил и фонил именно для того, чтобы это заметили в Москве. Что касается роли Иванишвили, то на первом месте его страхов все-таки казначейство США. По мнению Иванишвили, он таким образом “спасает” Грузию от российской агрессии. Уже Россия и все войска вывела и из Абхазии, и из Цхинвальского региона, а они все спасают и спасают. И не забывают внушать населению - смотрите какие плохие Саакашвили и Зеленский, не сумели избежать войны с Россией. А мы молодцы, сумели предотвратить войну, и нас в неё никто не сможет втянуть. Хотя в реальности никто этого делать и не собирался.

- Комиссар по вопросам соседства и расширения ЕС Оливер Вархейи анонсировал вручение опросника, который Тбилиси предстоит заполнить для запуска процесса евроинтеграции. На основании данной анкеты Еврокомиссия сможет вынести вопрос о евроинтеграции Грузии на повестку Совета ЕС, который и будет решать: запускать или нет переговоры о присоединении. Поделитесь Вашим видением грузинских  европерспектив?

- Любая бюрократия это процедура, а европейская бюрократия, это неукоснительно строгая процедура. Разговоры о получении статуса кандидата в ЕС идут уже давно, и, скажем прямо, в 2016 году Грузия была гораздо ближе к этому, чем сегодня. После 2016 года, а особенно после 2020 года Грузию сотрясает нескончаемая серия политических кризисов, которые связаны именно с кризисом демократических институтов. Ключевой вопрос о переходе на пропорциональную систему выборов так и не решен. Выборы 2020 года поставили ещё больше вопросов. А когда грузинские власти отказались выполнять соглашение, заключенное с оппозицией при посредничестве президента Евросоюза Шарля Мишеля…  Думаю, всё понятно, особенно на фоне того, что я говорил выше о политической плате, которую неизбежно придется платить грузинским властям. Цена и время за отход Грузии от принципов демократии зависят от скорости и глубины проседания режима в России. Но это уже другая тема, не имеющая прямого отношения к весьма туманным перспективам евроинтеграции. Впрочем, я бы не исключал получения Грузией статуса кандидата, просто потому, что любая бюрократия это процедура, так что бюрократия бюрократией, а политика политикой.

- Еще в марте канцлер Германии Олаф Шольц охарактеризовал отказ Украине и Грузии во вступлении в НАТО как правильное решение, отметив, что этот вопрос не стоял и не стоит в повестке Альянса. Аналогичное мнение выражалось неоднократно различными представителями стран-участников НАТО, включая его генсека Йенса Столтенберга. Чем, на Ваш взгляд, обусловлена подобная позиция НАТО и представляется ли возможным ее преодолеть?

- Все это объяснялось только одним единственным фактором - страхом перед Россией и нежеланием портить с ней отношения. Ну судите сами, как бы изменилась ситуация на Южном Кавказе, если бы Грузию приняли в НАТО. Присутствие НАТО в регионе, несомненно, сыграло бы значительную стабилизирующую роль, но овчинка для Европы не стоила выделки. Сейчас фактор страха, равно как и фактор нежелания ссориться с Россией постепенно сходит на нет. Но опять-таки, все зависит от того, как и когда все закончится в Украине. То, что Россия ослабнет уже ясно. Весь вопрос в том, насколько. От этого зависит ответ на вопрос - насколько актуально будет НАТО для Грузии. И вообще, каким будет это самое НАТО после украинской войны.

- Официально об адресованных Тбилиси предложениях Москвы об участии в ее интеграционных проектах ничего не известно. Меж тем, РФ неоднократно указывала в качестве сферы собственных жизненно-важных интересов весь Южный Кавказ. Не приходилось ли Вам слышать о существовании каких-то переговоров между Москвой и Тбилиси относительно данной возможности посредством неофициальных каналов? Особенно в свете недавнего всплеска разговоров о планах РФ по расширению Союзного государства на постсоветском пространстве.

- После 24 февраля 2022 года все кардинально изменилось. Сегодня речь идет уже даже не о том, сможет ли РФ остаться на Южном Кавказе, а о том, насколько актуальна будет эта тема для самой РФ. Сегодня для Москвы актуальной является тема обхода санкций и выживания экономики. Всплеск разговоров о Союзном государстве был до 24 февраля и в случае успеха в Украине я совершенно не сомневаюсь, что эти разговоры были бы реализованы. Но успеха не получилось, так что скоро России придется решать вопрос разбегающегося ЕАЭС и ОДКБ, а не воссоздания мифического союзного государства. Так что вести разговоры на тему того, чего уже нет, думаю, лишено всякого смысла.

- Можно ли констатировать, что евроатлантический путь продолжает оставаться для Грузии безальтернативным на фоне боевых действий в Украине? И как может отразиться вероятное членство Грузии в ЕС и даже в НАТО в будущем на участнике ОДКБ и ЕАЭС Армении?

- Про НАТО я уже сказал, на сегодня да, завтра посмотрим. Про Армению и ОДКБ, война в Украине ещё раз показала - никакого ОДКБ в реальности не существует. Есть Россия и те, кто считаются её союзниками. Союзниками, которые за Россию воевать никак не хотят. Кстати и Россия за союзников тоже воевать никак не хочет. Главная опасность сегодня состоит в том, что оказавшись в положении изоляции от западного мира, Россия очень захочет прихватить с собой за компанию ещё кого-то.