Эдуард Нагдалян: Легитимность власти и проблема эффективности

АрмИнфо. Что важнее – легитимность власти или ее эффективность? Вопрос непростой. История знает немало примеров нелегитимной эффективности  и неэффективной легитимности.

Я готов признать, что, например, президент Венесуэлы Николас Мадуро был легитимным лидером. Но довести одну из богатейших природными ресурсами стран до годовой инфляции почти в 2 миллиона процентов (?!) – это немыслимая неэффективность, которая сводит на ноль всю его легитимность.  Никакая легитимность не способна оправдать подобную чудовищную неэффективность. Вывод – легитимность власти не является гарантией ее эффективности.

Я не знаю, каким образом пришел к власти первый президент Сингапура Ли Кван Ю – возможно, крайне нелегитимно, но кого это сейчас интересует в Сингапуре? Он является богом для сингапурцев – в силу потрясающей эффективности его власти. Вывод – в долгосрочном плане эффективность власти важнее легитимности.

Таким образом, источником легитимности может быть как народ, так и эффективность правления лидера, даже не обладающего начальной легитимностью. Понятно также, что легитимность сама по себе – это не цель, а инструмент достижения цели. Цель – реализация сценария желаемого будущего для страны. Конечно, легитимность власти существенно упрощает эту задачу, т.к. власть получает большой кредит доверия, но теоретически ту же задачу может решить и нелегитимный лидер -- за счет соответствующей политической мотивации. В этом случае источником легитимности (по истечении определенного времени) становится фактическая эффективность власти, а не кредит доверия народа.

С этой точки зрения главная вина прежнего режима Армении заключается не в захвате власти, как принято считать, а в захвате государства.  Вместо построения эффективного государства они довели коррупцию до своей высшей стадии – захвата государства, когда вся экономическая политика,  законодательная база, все госслужбы, включая силовые структуры, подчиняются  интересам конкретной группы лиц и аффилированных  с ними компаний.  Государственная власть при этом  фактически приватизируется, а все виды административного и силового ресурса направляются на захват природных ресурсов и земли, основных потоков финансовых средств, государственной собственности, самых прибыльных сфер как в государственном, так и частном секторе -- вплоть до частичной приватизации госбюджета. Я думаю, читатели узнали в этом описании Армению тех времен. То есть у прежних лидеров был исторический шанс компенсировать свою  нелегитимность фактической эффективностью, но они не воспользовались этим шансом.

По какой причине строительство эффективного государства  исторически получилось лучше всего у западного мира, никому не известно, поэтому их оставим в покое. Но оно получилось также у молодых «тигров» -- Сингапура, Южной Кореи, Тайваня, Гонконга и еще у нескольких стран, которым удалось перескочить из третьего мира в первый.. Вот этот опыт гораздо интереснее. Страновой успех этих стран был обусловлен политической мотивацией уникальных лидеров-реформаторов, реформаторов-самородков.  Я бы назвал это историческим везением – нужный человек оказался в нужное время в нужном месте.  Этим странам определенно повезло. Но как быть остальным? Ждать появления своего реформатора-самородка? Увы, вероятность такого события чрезвычайно низка, поэтому уповать на него нельзя. Тогда что?

Иными словами, как использовать неожиданно свалившуюся нам на голову легитимность нового лидера Армении – после долгих лет неэффективной нелегитимности? На мой взгляд, ответ следующий – надо отнестись к реформам как к высоким технологиям. И срочно импортировать их.

Если бы мы, армяне, захотели открыть производство современных автомобилей в Армении, то что бы мы сделали в первую очередь? Правильно, пригласили бы немцев, японцев, корейцев и т.д.  -- обсудить этот проект. Пришло бы кому-нибудь в голову в Армении, что такой проект может возглавить армянин? Конечно, нет.  Потому что у армян нет опыта и профессионалов в этой высокотехнологичной области. И это всем понятно. Этот опыт есть лишь у некоторых государств и наций, которых можно сосчитать на пальцах. Не использовать имеющийся опыт в таких проектах – глупо и контрпродуктивно.

Построение эффективной государственности – это не менее сложный и не менее высокотехнологичный проект, чем создание современного автопроизводства. Посмотрите на современный мир – такой проект на самом деле получился у меньшинства наций. Большинство наций так и не смогло построить эффективное государство и десятилетиями барахтается в болоте вечной коррупции и имитации демократии и рынка. Потому что эффективное государство получается не в результате выборов, какими бы демократичными они ни были, а в результате жесткой имплементации специфических высокотехнологичных знаний и умений в деле построения государственных институтов, которые есть только у состоявшихся государств. Есть ли у нас, армян, опыт и профессионалы в этой области? Нет и никогда не было. У нас есть другой опыт – по уничтожению государственности собственными руками, опыт по тотальному разграблению государства и государственных активов.

Приведу простой пример. Может ли кто-нибудь заподозрить нынешнего мэра Еревана в профессионализме? Вряд ли. Управление городским хозяйством мегаполиса – это высокие технологии, которыми в мэрии Еревана не обладают. Поэтому задача мэра – пригласить команду иностранных специалистов, которые обладают этими технологиями и которые готовили бы для него решения для утверждения. И денег на это жалеть нельзя. У нас нет времени на любительские эксперименты как по управлению городом, так и по управлению страной. Нужна команда реформаторов, которые знают, как быстро пройти этот путь. Нам нужны не иностранные инвестиции, а иностранные специалисты по эффективным реформам (но не кабинетные консультанты из МВФ и ВБ, а реальные реформаторы). Тогда будут и инвестиции.

Проведение реформ в Армении, конечно, серьезно осложняется карабахским конфликтом. На самом деле прорывное развитие Армении может быть обеспечено не только и не столько за счет успешных экономических реформ,  сколько за счет принятия тяжелых, непопулярных политических решений, без которых успешные экономические реформы сами по себе невозможны. Принятие таких решений осложняется особым мировосприятием армян и особым отношением к «исторической справедливости»,  национальной привычкой постоянно смотреть назад, а не вперед.

Мина замедленного действия для новой власти – отсутствие в народе консенсуса в отношении желаемого будущего Армении, наличие максималистских  ожиданий в отношении карабахского конфликта. И если народ под реализацией кредита доверия будет понимать осуществление этих максималистских нереальных ожиданий,  а новая власть не найдет в себе смелости и решимости  вывести народ из псевдопатриотической колеи и перейти к принципам «реал политик», то последствия будут самые плачевные. В модели «осажденной крепости» Армения не сможет развиваться – уже доказано. Мы не Израиль.  Но  консенсус в отношении единственно правильного пути на основе «реал политик» должен сложиться прежде всего в элите армянства -- как внутри страны, так и вне. Серьезной угрозой реформам является втягивание Армении в гонку вооружений с Азербайджаном. Это именно то, чего добивается Азербайджан – через гонку вооружений продолжать ослаблять Армению. Как отразилась гонка вооружений на СССР,  всем известно. В этом смысле время не работает на нас.

Итак, харизматичная власть должна в разумные сроки продемонстрировать свою эффективность, иначе произойдет то, что называется «рутинизацией» харизмы. Харизматичный лидер, пока сохраняется харизма,  должен успеть трансформировать страну в обычное правовое государство, в котором оглядываются не на президента страны, а работают институты гражданского общества и рыночные институты. Переход страны из коррупционного режима в современное государство сравним с запуском ракеты на орбиту Земли. Если не обеспечить минимально необходимое ускорение, ракета упадет на землю. Прошедший год не продемонстрировал это минимально необходимое ускорение, к сожалению.  Сделано гораздо меньше, чем могло быть сделано. Мы каждый день теряем время. Из этого надо сделать самые серьезные выводы. Настораживает также и то, что перспектива  эффективной государственности Армении не стала мощнейшим стимулом для элиты диаспоры, что противоречит тезису о якобы «вековой мечте» армян о независимой государственности. Армянская государственность оказалась менее важной для элиты диаспоры, чем иные вопросы армянской повестки дня. Стоит над этим задуматься и проанализировать.

Как бы то ни было, у нас нет времени на любительские реформы и эксперименты. Не исключено, что это наш последний исторический шанс. Надо полностью отдавать себе отчет -- если нам не удастся обеспечить необходимое ускорение реформ (читай – жесткость) и быстро пройти точку невозврата, то, видимо, придется окончательно смириться с тем, что независимая эффективная государственность – это не про нас, армян, и что мы – антигосударственная нация. Наш удел – сохраниться в статусе периферии метрополии. То, что имеем.

Эдуард Нагдалян, независимый эксперт