Перспективы влияния «Бархатной революции» на внешнюю политику Армении (часть первaя)

АрмИнфо.Среди прокатившихся в последние месяцы по Армении: расследований коррупционных преступлений, посадок “бывших” в рамках громких уголовных дел, особо выделился арест экс-президента Роберта Кочаряна.

Сам факт ареста стал прецедентом не только для республики, но и для всего постсоветского пространства. Однако, в стране стратегическом союзнике Армении – России больший резонанс вызвала санкция на арест еще одного фигуранта “дела 1 марта” экс-начальника Главного штаба ВС Армении, генерального секретаря ОДКБ Юрия Хачатурова.

Арест чиновника, занимающего высшую должность в возглавляемой Россией организации, вызвал из Москвы шквал заявлений о продуманной, целенаправленной антироссийской провокации временного правительства союзной республики. Шквал возглавил глава российского МИД Сергей Лавров, напомнивший новому руководству страны о “заявлениях об отказе преследовать политических предшественников”. В ответ премьер-министр Армении Никол Пашинян посоветовал российским партнерам адаптироваться к новой ситуации в стране.

Здесь уместно отметить, что к Пашиняну в Москве и так относятся с известной долей недоверия. И это несмотря на его неоднократные официальные и публичные заверения в приверженности союзническим связям с Россией, ОДКБ и ЕАЭС. О причинах подобного недоверия к политику, провозгласившему неизменность пророссийского курса еще на этапе “Бархатной революции” ничего не известно. На этом фоне, представляется, что раздражение Красной и Смоленской площади вполне может быть вызвано даже самой необходимостью реагировать на события в Армении и звучащие из Еревана заявления. Прежние власти Армении предпочитали больше отмалчиваться и действовать в духе кризисного реагирования на ситуацию, лишь бы не сердить московских коллег. Таким образом, уже в самом начале данного исследования можно констатировать влияние «Бархатной революции» на внешнюю политику Армении как свершившийся факт.    

ДОМИНИРОВАНИЕ ВНУТРЕННЕЙ ПОЛИТИКИ НАД ВНЕШНЕЙ

Происходящие в Армении после смены власти события имеют как собственную логику и наполнение, так и отражают глобальные тенденции в мире последних лет. Собственная логика в первую очередь отражена в хронике восхождения Пашиняна и его команды на властный армянский Олимп.

“Бархатная революция” стала возможной в стране с полностью заболоченным политическим полем в первую очередь благодаря воле и усилиям общества, а не того же Пашиняна. До апреля 2018-го мало кто верил в возможность консолидированного выхода на улицы нескольких сотен тысяч человек, причем, не только в столице, но и в других городах Армении. Однако, это произошло и именно народная волна смела изрядно поднадоевшую власть в Лету. При всем уважении к ораторским, организаторским способностям Пашиняна он лишь умело оседлал эту волну, возглавив народное движение. Таким образом, за новым армянским премьером образовался  должок собственному народу, должок откликнувшейся на его призыв добровольной армии сторонников. И сегодня вся эта армия последователей ожидает от Пашиняна управления страной, скажем так, несколько отличного от управления Арменией его предшественниками в течение последних трех десятилетий.

Армянское общество ожидает от новой власти посадок проворовавшихся чиновников, возвращения награбленного и выведенного из страны денег, улучшения социально-экономической ситуации, формирования справедливых судов, органов самоуправления, справедливых выборов и т.д. Мы видим, что основные ожидания армянского общества от новой власти носят исключительно внутриполитический характер. Внешняя политика Армении больше волнует немногочисленных армянских пикейных жилетов, чем основную массу армянского общества. Люди в первую стремятся обрести то, чего они были лишены десятилетиями – справедливость. И для победы на внеочередных парламентских выборах Пашиняну было просто необходимо учитывать все эти пожелания и ожидания. В этом смысле санкция на арест генсека ОДКБ, пожалуй, наилучшим образом отражает доминирование внутренней политики Армении над внешней. Что для небольших стран само по себе является явлением, в целом, положительным.

Здесь необходимо констатировать доминирование внутренней ситуации над внешней политикой в последние годы как общий, глобальный тренд. Резкие перемены общественных настроений, недовольство электората властью и правящей элитой в целом, заставляют политиков идти на шаги непопулярные среди стран-партнеров и даже союзников. И в определенном смысле, направленная на удовлетворение внутренних запросов, политика Дональда Трампа, Эммануэля Макрона или Джузеппе Конте – яркое свидетельство того, что подобными настроениями охвачены даже граждане стран-ведущих экономик мира. В этом свете, главным и единственным адресатом подобной политики является собственный электорат. И проводящего подобный курс политика то, как этот курс сказывается на международных отношениях, волнует мало. Аналогичным образом главное для новых сил у власти в Армении - продемонстрировать гражданам собственную решимость удовлетворить идущий снизу запрос.

Именно таким случаем, представляется судебное преследование на родине генсека ОДКБ. Принимая решение о дезавуировании Хачатурова, о его побочных международных последствиях в Ереване в лучшем случае задумывались в последнюю очередь. Соответственно, вся российская конспирология, традиционно ищущая “руку Сороса” везде, где только можно и где нельзя, реального наполнения под собой не имеет. Все намного проще. Со сменой власти в результате “Бархатной революции” внутренние факторы – желания общества стали доминирующими над факторами внешними – в данном конкретном случае желаниями российской внешней политики и лично президента России. И учитывая все эти тренды, по сути, весьма ясно озвученные и подкрепленные Пашиняном на митинге поддержки 17 августа 2018г., доминировать над внешней политикой желания общества будут еще достаточно долго. При этом, представляется, что прогнозирующиеся изменения во внешней политике Армении будут иметь как вышеотмеченные субъективные, так и отмеченные ниже объективные причины.  

АНАЛИЗ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИХ ПЕРСПЕКТИВ АРМЕНИИ ПОСЛЕ СМЕНЫ ВЛАСТИ ПО СТРАНАМ

РОССИЯ

Учитывая существующие реалии: нагорно-карабахский конфликт, достаточно весомое присутствие российских компаний в армянской экономике, подкрепленных членством Армении в ОДКБ и ЕАЭС перспективы стратегического союзничества Еревана с Москвой пока что видятся безальтернативными. По части Арцаха Россия является одним из модераторов Минской группы ОБСЕ, а также “поддерживает баланс сил” на карабахской линии соприкосновения посредством продажи современных вооружений обеим сторонам конфликта. На деле тем самым Москва продолжает удерживать “на крючке” стратегических союзников в Ереване и стратегических партнеров в Баку. Новое правительство Армении существующие реалии прекрасно осознает, первым свидетельством чего стали сделанные еще на революционной фазе его прихода к власти заявления Никола Пашиняна о намерении продолжать развивать отношения с ОДКБ и ЕАЭС. Впоследствии уже премьер-министр Пашинян отметил продолжение курса на укрепление отношений с ЕАЭС и ОДКБ, охарактеризовав на встрече с президентом РФ Путиным Россию как “приоритетного партнера Армении”.

При этом, говорить о полном отсутствии изменений в российском векторе политики Армении было бы неправильно. Представляется, что наряду с осознанием существующих реалий, в Ереване прекрасно понимают необходимость перевода отношений с Россией из многолетней плоскости молчаливого согласия по принципу “чего изволите” в плоскость озвучивания существующих проблем с целью их разрешения. Иными словами, в плоскость партнерских отношений. Отношений подразумевающих и вызывающих не одностороннюю, а двустороннюю, обоюдную зависимость, что по идее должно заложить основы формирования в стратегических взаимоотношениях компромиссной парадигмы. Данную мысль очень грамотно выразил премьер-министр Армении. В одном из своих интервью, выразив уверенность в наличии у России всех рычагов для недопущения эскалации в регионе, Пашинян подчеркнул: “Я не могу поверить, что стратегический партнер Армении, многовековой друг - Россия позволит, чтобы в регионе возобновилась война”. Он также усомнился в способности Ильхама Алиева решиться на провокацию без наличия соответствующих геополитических условий. Тем самым премьер Армении начал весьма перспективную партию по фактическому принуждению Москвы к выполнению собственных обязательств перед страной стратегическим союзником. Обязательств так долго относимых на второй план с полного одобрения и молчаливого согласия прежних властей Армении. И есть инсайдерская информация, что Кремлю это очень не понравилось.    

За последние 10 лет главной, порождающей кризисность, проблемой в армяно-российских отношениях является попытка лавирования Москвы между стратегическим союзником – Арменией и стратегическим партнером – Азербайджаном. В контексте, подкрепленных убийствами армянских военнослужащих, территориальных претензий Баку к Еревану и Степанакерту, дальнейшее продолжение подобной политики Москвы, представляется, недопустимым. Особенно, учитывая, что Россия официально разделяет с Арменией принципы коллективной обороны и безопасности. Наиболее четко суть недовольства нового правительства Армении выразил и обосновал глава оборонного ведомства Давид Тоноян. “Особенно странам-сопредседателям Минской группы ОБСЕ следует воздержаться от продажи отдельных видов наступательных вооружений Азербайджану. Возникает вопрос: для чего требуется сначала нарушать существующий между сторонами конфликта военный баланс, а уже потом пытаться его восстановить”, - подчеркнул министр. Учитывая, что из трех стран модераторов карабахского урегулирования МГ ОБСЕ: США, Россия, Франция оружие сторонам конфликта продает только Россия, адресат мессиджа вопросов не вызывает.

Отдельной проблемой двусторонних отношений является т.н. принудительная дипломатия Москвы, снижающая возможности, ориентированной исключительно на национальные интересы и приоритеты по усилению собственной безопасности и внешнеполитического влияния, политики Армении. Иными словами, налицо попытка усилить зависимость Армении, превратив Ереван в клиента-потребителя российской политики и повестки в регионе. К счастью, последние тенденции и заявления армянского руководства говорят о намерении Еревана сделать данный пункт одной из основ «перезагрузки» стратегических взаимоотношений с Россией. Одной из задач политического руководства Армении, в этом свете, представляется проведение внешней политики с целью изменения политики Москвы, как в отношении Армении, так и в отношении Азербайджана. Задача по окончательному уходу России из региона на данном этапе неактуальна и из интересов Армении не исходит. В ответ Москве следует, наконец, научиться воспринимать Ереван в качестве единственного стратегического союзника на Южном Кавказе, а не потребителя ее региональной повестки. 

Тем не менее, представляется, что уже в обозримой перспективе и подобный уровень армяно-российского союзничества будет носить лишь временный характер. И главным застрельщиком здесь выступают не желания нового руководства Армении, а, не терпящая статичности, real politik. В результате, уже принявшего постоянный характер, углубляющегося противостояния с Западом, Россия постепенно теряет возможности позиционирования себя даже в качестве макрорегионального доминанта. В основе подобного вывода лежит анализ упадочных тенденций стратегически важных сфер российской экономики. Обусловленные Украиной санкции, колебания мировых цен на нефть продемонстрировали полную неготовность экономики РФ к подобным вызовам, неэффективность контроля Москвы над своей, ориентированной на энергоресурсы, экономикой. Именно поэтому, несмотря на всю свою активность в Сирии и Ближнем Востоке, Россия сегодня гораздо слабее, чем до положившего начало украинскому конфликту отъему в 2014 году Крыма. Отсутствие же эффективного контроля над собственной экономикой, представляется, залогом невозможности прогнозирования Москвой собственного будущего, определения собственного места в глобальной системе геополитических координат. При сохранении нынешних тенденций усиления западной стратегии по изоляции России, через 10-20 лет эта страна будет более слабой и, следовательно, более замкнутой на собственных проблемах. Именно поэтому уже сегодня Еревану необходимо, как минимум, серьезно задуматься о переоценке собственных ориентиров в вопросах безопасности и выбора стратегических партнеров.

Подытоживая российскую часть исследования, в силу вышеотмеченных субъективных и объективных факторов, представляется возможным предположить, что пока еще пророссийский вектор Армении рано или поздно будет пересмотрен в пользу сбалансированной и активной политики. Политики, исходящей из объективных и формирующихся в среднесрочной перспективе реалий, в которой военно-политическая и экономическая диверсификация будут возведены в глазах армянского руководства и общества в ранг императива.

  США-НАТО

До недавнего времени отношения Армении с США, в целом, характеризовались декларативными заявлениями, а самым большим шагом Еревана навстречу Вашингтону было участие Сержа Саргсяна в американской партии под названием “армяно-турецкие протоколы”. В ответ на другие инициативы и призывы американских партнеров руководство Армении предпочитало отмалчиваться. Молчание последовало и на едва прикрытое предложение американского посла Ричарда Миллза инвестировать  в армянскую энергетику $8 млрд. Впрочем, о причинах подобной молчаливости прежних властей Армении можно догадаться – Миллз в качестве непременного условия инвестиций назвал гарантии правительства в подтверждение инвестиционной привлекательности Армении для американских компаний.

После смены власти в Армении постепенно начинают вырисовываться перспективы к появлению подобных гарантий. В частности, одним из векторов, разработанной правительством Никола Пашиняна, программы развития является углубление сотрудничества и развитие дружественного партнерства с США. Иными словами, проявляется намерение нового кабинета, как минимум, попытаться уравновесить отношения с Россией отношениями с США и, как минимум, Европейским союзом. Представляется, что одной из целей сентябрьского визита армянского премьера в Соединенные Штаты являлся именно это. Особенно с учетом возрастающей и обусловленной событиями в мире необходимости подобного геополитического уравнения.

До последнего времени ситуация в армяно-американских отношениях приоритетным образом характеризовалась, обусловленной переоценкой в Армении роли России, недооценкой роли США и их, находящихся в географической близости к нашему региону, ключевых союзников. Сразу скажем, что Турция к числу таковых не относится. При этом, рассмотрение сегодняшних армяно-турецких отношений исключительно сквозь призму вечной турецкой угрозы также представляется ошибочным. Граница между Арменией и Турцией продолжает оставаться границей НАТО-Россия, если угодно, НАТО-ОДКБ и сегодня, по прошествии трех десятилетий после завершения холодной войны. В этом смысле защита Армении от турецкой угрозы в равной степени, хотим мы того или нет, делегирована как России, так и НАТО, в первую очередь США. Иными словами, обеим полюсам силы нужен мир, меж тем как одной из точек оси их соприкосновения является именно Армения. В формирующейся новой политической элите Армении подобная аргументация еще окончательно не обосновалась. Однако, тенденции к этому уже просматриваются.

На Западе в целом, и в США, в частности, все еще пытаются понять, привела ли “Бархатная революция” к обретению Ереваном возможностей по принятию решений, исходящих исключительно из национальных интересов. И если руководство Армении не желает продолжать удерживать отношения с США на уровне инерции и усиленного вступлением в сентябре 2013 года в Таможенный союз частичного недоверия, новые импульсы к развитию системных взаимоотношений с США отныне представляются необходимостью. Особенно, учитывая соответствие задач новой элиты – комплексно-концептуального укрепления суверенитета и государственности Армении отказу от инерционности в отношениях с главным балансиром России в регионе в лице США. В этом контексте, уравновешивание отношений с Россией отношениями с США и их евро-атлантическими союзниками и другими игроками, представляется ключевой задачей политической составляющей армяноцентризма, на основе которой, собственно, пришла к власти команда Пашиняна. 

Наиболее наглядным примером попытки подобного уравновешивания России Соединенными Штатами является союзник России и Армении по ОДКБ и ЕАЭС -Казахстан. Астана (ныне Нур-Султан) довольно успешно наращивает взаимоотношения с США по созданию совместных механизмов безопасности. Пиком данного сотрудничества пока что стал полученный в январе 2018-го Казахстаном в результате подписания с США “Договора по расширенному стратегическому партнерству”, статус стратегического партнера США. В определенном смысле расширенное партнерство с США предоставляет Астане возможность включиться в глобальную проекцию Вашингтона по сдерживанию Китая. Возможность, от которой по целому ряду объективных и субъективных причин, судя по всему, продолжает отказываться Россия. Аналогичный статус и функции, правда, в несколько иных масштабах и направлении - Ирана, стремится получить от США и Азербайджан. Подобные реалии не могут не тревожить Армению, которая уже сегодня должна делать, как минимум, симметричные шаги в направлении наращивания стратегических взаимоотношений с США и их перспективными союзниками. И в пику устоявшемуся, но в корне ошибочному мнению, противостояние с Азербайджаном должно быть катализатором, а не фактором, тормозящим внешнюю политику Армении.

В конце концов, не являются никоим образом для Армении безальтернативными и поставки российских вооружений. И это даже с учетом особых возможностей России в модерации карабахского конфликта. С учетом весьма спорного, но урегулирования конфликтов вокруг Абхазии и Южной Осетии, главный интерес Соединенных Штатов на Южном Кавказе сегодня сосредоточен на недопущении очередной войны вокруг Карабаха. Чего в первую очередь можно достичь соблюдением баланса сил между Арменией и Азербайджаном. Однако, ввиду периодических поставок вооружений Азербайджану Россией, а теперь уже еще одним союзником Армении по ОДКБ и ЕАЭС Беларусью, баланс фактически уже нарушен в пользу Азербайджана. Полагать, что в Пентагоне не понимают, что и поражение Армении, и поражение Азербайджана в новой карабахской авантюре автоматически приведет к усилению их зависимости от России, было бы слишком наивно. Соответственно, вне зависимости от своего исхода вторая карабахская война лишь приведет к усилению российского влияния в регионе. К чему может привести подобная война, мы все уже видели, к счастью, в гораздо меньших масштабах, в апреле 2016 года, когда стороны наперегонки побежали в Москву с просьбами остановить разворачивающуюся бойню. И, тем не менее, несмотря на все эти неутешительные реалии, намерений выявить альтернативные пути приобретения вооружений, развивать военно-техническое сотрудничество Армения США пока что не озвучивала. Перспективы же отношений с НАТО пока что сводятся к обещанию нового премьер-министра Армении и впредь помогать Альянсу в Афганистане, впрочем, исключительно с ограниченным военным контингентом до 130 солдат. Об этом Пашинян заявил в ходе брюссельской встречи с генеральным секретарем альянса Йенсом Столтенбергом.

ЕВРОПЕЙСКИЙ СОЮЗ

Вне зависимости от степени эффективности, в европейском направлении встреч у премьер-министра Армении состоялось, конечно же, намного больше. В ходе своего июльского визита в Брюссель Пашинян провел встречи с руководством Европейского союза, переговоры с главами ряда государств и правительств. В частности, с Верховным представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности, вице-председателем Европейской комиссии Федерикой Могерини, председателем Европейского совета Дональдом Туском, председателем Европейской комиссии Жаном-Клодом Юнкером. Главным итогом встреч можно назвать безусловную поддержку всех высоких еврочиновников, выраженную начинаниям нового правительства Армении. Отдельная встреча армянского лидера, в основном посвященная подготовке к проведению в Ереване 17-го саммита Международной организации Франкофонии, состоялась с президентом Франции Эммануэлем Макроном. Еще до брюссельского вояжа Пашиняна глава делегации Евросоюза в Армении Петр Свитальски выразил решительную поддержку ЕС намерениям нового правительства, в частности, касающимся борьбы с коррупцией, укрепления независимости судебной системы, создания равных условий в экономике, укрепления прав человека и подготовки свободных и справедливых выборов. “Мы готовы помочь в том виде, в котором правительство Армении сочтет это необходимым”, - заявил Свитальски

Однако, на встрече с армянскими журналистами Пашинян отозвался об итогах своих брюссельских встреч не слишком оптимистично. В целом, суть его выступления сводилась к отсутствию существенных изменений в европейской политике в отношении Армении. И это несмотря на все восторженные заявления и приветствия Евросоюза в адрес “бархатной” революции в Армении. “Политика ЕС осталась такой как 3-4 месяца назад. Не изменился и объем предусмотренной для Армении помощи - 160 млн. евро. Соответственно, нужно либо снизить воодушевленный тон заявлений, либо существенно изменить политику. В любом случае мы не находимся в роли просителя. Мы знаем, что должны делать, и наши партнеры должны уточнить свои действия. После этого мы оформим наше отношение к их политике", - заявил Пашинян. Здесь следует отметить, что в мае 2018-го замминистра иностранных дел РА Армен Папикян озвучил журналистам несколько иную цифру запланированной Европейским союзом помощи Армении – 176 млн. евро. По словам дипломата, сумма поступит в распоряжение Армении в 2018-2022 гг. Причем, лишь в 2018 году Армении будет предоставлено 36 млн. евро. В ответ все тот же Свитальски заявил, что Ереван ожидает более серьезного отношения в условиях, когда сам политическую повестку с ЕС не пересмотрел. “Политической и правовой основой отношений Армении и ЕС является Соглашение о всеобъемлющем и расширенном партнерстве Армения-ЕС (CEPA). Если в Ереване пожелают пересмотреть, согласованные еще с прежним правительством приоритеты партнерства, Евросоюз готов их обсудить. Что же касается финансового содействия, то Армения может получить и больше, если предложит "работающие" программы", хотя более 50% внешнего содействия Армении и так поступает именно из ЕС”, - заявил посол. 

В целом, причина подобного пессимизма главы армянского государства понятна. Все последние годы, вплоть до подписания CEPA предыдущие власти республики вели в отношении ЕС, в целом, имитационную политику. Имитировалось все, начиная от реформ в сфере Полиции и заканчивая реформированием судов и проведением демократических выборов. В этом свете, ожидания нового, объявившего реальную, а не декларируемую борьбу с коррупцией, проводящего реальные, а не имитационные реформы, правительства Армении от ЕС, в целом, имеют под собой почву. Однако, в Брюсселе, судя по реакции посла Свитальски, решили вновь вернуться в отношении Армении к прежней политике “или-или” и это несмотря на всю ее бесплодность в недалеком прошлом. Представляется, что логическим продолжением данной политики в Брюсселе видится возвращение Армении к подписанию AA/DCFTA в том виде, в котором эти документы готовились к подписанию до вступления Армении в Таможенный союз. Или же плавная, постепенная трансформация в эти документы существующего соглашения CEPA. В этом плане, подписанный в 2017-м Арменией и ЕС, СЕРА, безусловно, является важным и пока что безальтернативным инструментом. Аналогичную важность имеет последовательность и уровень, до которого будет реализовываться документ новой армянской политической элитой. Таким образом, в отношениях между Ереваном и Брюсселем продолжает оставаться огромный неиспользованный потенциал, однако, смена власти в Армении постепенно начинает способствовать его реализации.

Показательным в этом смысле стал второй официальный визит премьер-министра Армении Никола Пашиняна в Брюссель в начале марта 2019-го с целью проведения переговоров с руководством ЕС относительно перспектив реализации CEPA. В Брюсселе армянский премьер заявил российским журналистам буквально следующее “Этот визит имеет конкретную цель - мы собираемся обсуждать с представителями Евросоюза реализацию Соглашения о всеобъемлющем и расширенном партнерстве. И я хочу подчеркнуть одну важную деталь: мы в этом процессе абсолютно прозрачны для наших российских партнеров”, - подчеркнул Пашинян. Армянский премьер считает очень важным отсутствие геополитических и внешнеполитических вопросов или условий в этом процессе со стороны Брюсселя. Особенно в свете того, что это сотрудничество касается исключительно внутренних демократических реформ в Армении. Ответ Брюсселя не заставил себя долго ждать. 17 марта посол ЕС в Армении Петр Свитальски охарактеризовал правительство Пашиняна следующим образом: “Впервые, на моей памяти, в лице армянского правительства мы имеем партнера, у которого есть точное представление и видение о дальнейших действиях и ожиданиях”. Таким образом, именно подобная степень доверия в отношении новой армянской власти позволяет говорить о высокой степени вероятности успешного завершения ведущихся между Ереваном и Брюсселем переговоров. В первую очередь, на предмет содействия ЕС в реализации 13 приоритетных проектов, представленных делегацией Пашиняна в ходе последнего визита в Брюссель.

Помимо этого, все больше остается в прошлом общее видение глобальной политики и геополитики в самой Европе. Соответственно, представляется необходимым в отношениях с Европой ставить акцент на видение геополитики Южного Кавказа отдельными ключевыми странами Европейского союза, вне зависимости от договоренностей с Брюсселем. В качестве примера приведем Германию, считающую Южный Кавказ зоной приоритетного и легитимного интереса России. В очередной раз, одобрительными кивками, данные реалии подтвердила в Ереване 24 августа канцлер Германии Ангела Меркель в ответ на озвучивание премьер-министром Николом Пашиняном намерения развивать отношения, как с Россией, так и Европой. Положительно оценив тактику маневрирования Еревана между переходом к демократии и зависимостью от России, канцлер ФРГ охарактеризовала Армению, как пример того, “как можно сохранить хорошие отношения одновременно и с Евросоюзом, и с РФ” Таким образом, на примере Германии мы видим в ЕС страны, с пониманием относящиеся к осознанному стремлению новых властей Армении добиваться соглашения о свободной торговле и безвизового режима с Европой, не ставя под вопрос дальнейшее членство в Евразийском экономическом союзе. В то время, как Польша и те же страны Балтии придерживаются прямо противоположного мнения. Совершенно с иных ракурсов смотрят на регион Франция с Великобританией. Все это в совокупности ведет к постепенному переформатированию внешнеполитических ориентиров Евросоюза в целом. И игнорировать все эти тренды, представляется, невозможным. 

ИРАН

Отношения с Ираном традиционно оценивались и оцениваются как имеющие энный неиспользованный потенциал. И, судя по целому ряду факторов, предпосылки для такой ситуации имеют как субъективные - внутренние, так и объективно – внешние причины. К внутренним субъективным причинам до последнего времени можно было отнести неуемное стремление прежних властей к личному обогащению. Именно этот фактор был главной препоной на пути развития, как минимум, армяно-иранских торгово-экономических отношений. К объективным причинам можно отнести, скажем так, противоречивость углубления армяно-иранского сотрудничества интересам России и США. В первом случае это выражается негласным табу на военно-техническое сотрудничество Еревана и Тегерана, существенно отличающегося от запланированного диаметра газовой трубы из Ирана и отсутствием иранского бензина в Армении. США относятся к сотрудничеству находящейся в полублокаде Армении с южным соседом значительно лояльнее, однако, и тут, несомненно, есть свои красные линии. Очевидно, что именно озвученные выше проблемы достаточно долгое время являлись главной препоной на пути армянского премьера в Иран.

Тем не менее, представляется, что как минимум, часть этих проблем была успешно решена. 27-28 февраля Никол Пашинян впервые посетил ИРИ с официальным визитом в качестве премьер-министра Армении. Пашинян встретился с высшим политическим и духовным руководством страны: с президентом Хасаном Роухани, спикером Меджлиса Али Лариджани, Верховным лидером Исламской революции Аятоллой Сейедом Али Хаменеи. Помимо Тегерана Пашинян посетил Исфахан, где провел встречи с губернатором и местной армянской общиной. Основные итоги иранского вояжа Пашиняна, во всяком случае их официальная часть, выразились в озвучивании президентом Исламской республики готовности увеличить поставки газа в Армению с целью расширения бартера "электричество на газ" между Арменией и Ираном. Роухани также выразил готовность обсудить трехстороннее сотрудничество для экспорта газа в Грузию, транзитом через Армению. По части сотрудничества в области энергетики сторонами были рассмотрены возможности энергетического коридора Иран-Армения-Грузия-Россия, транспортно-логистического коридора от Персидского залива к Черному морю.

При этом, существующий уровень торгово-экономических отношений между двумя странами весьма скромен. По оценкам торгового атташе Ирана в Армении Мохсена Рахими, по итогам 2018 года товарооборот между Ираном и Арменией достиг $364 млн, что является беспрецедентно высоким показателем с 1991 года. $269 млн. от этого объема пришлось на долю иранского экспорта в Армению. В этом свете, в ходе встречи Пашинян-Роухани, в частности, была подчеркнута важность строительства третьей линии электропередачи Иран-Армения мощностью в 400 кВт, что в свою очередь позволит увеличить объемы бартера электроэнергия-газ, а также строительство Мегринской ГЭС. Собеседники договорились предпринять практические шаги в этом направлении уже в ближайшем будущем. В контексте активизации двусторонних и региональных торгово-экономических связей также была подчеркнута важность ратификации парламентами двух стран соглашения ЕАЭС-Иран. Таким образом, теперь перед армянским дипкорпусом стоит задача проведения достаточно масштабной работы с коллегами из Ирана, Грузии и России с целью придать итогам двухдневных тегеранских переговоров реальные очертания и главное перспективы. Представляется, что для достижения долгосрочных результатов необходима последовательная и активная работа в конкретных сферах, к примеру, в общих Евразийских проектах, возможно, с привлечением Туркменистана. Геополитические, геоэкономические перспективы многих тегеранских зачинаний зависят именно от успешности сотрудничества с соседними с Арменией странами. Лишь при этом условии Армения сможет стать частью коммуникационных региональных коридоров, откуда страну до сих пор всеми силами пытаются вытолкнуть Азербайджан и Турция.     

Таким образом, отталкиваясь от фактора собственной политической транспарентности, Ереван уже пытается вполне эффективно балансировать между Вашингтоном и Тегераном. И здесь секрет Никола Пашиняна весьма прост – в отношениях с партнерами у него практически нет секретов. Новая армянская власть одинаково открыта в отношениях как с Вашингтоном и Брюсселем, так и с Москвой и Тегераном. И как стало ясно на днях, даже с Иерусалимом. Плюс к этому, несмотря на озвучивание администрацией Дональда Трампа решения выйти из ядерной сделки с Ираном, вариант установления между США и Ираном партнерских отношений возможен уже в среднесрочной перспективе. Особенно, на фоне уже имеющегося опыта в борьбе с экстремистскими организациями на Ближнем Востоке. И  это несмотря на то, что Саудовская Аравия и в первую очередь Израиль ведут активную лоббистскую деятельность в США в направлении недопущения подобного партнерства с Ираном. Таким образом, новый формат урегулирования ядерного кризиса между США и Ираном вполне возможен, а с ним возможно и снятие Вашингтоном и негласных табу для Армении. При этом, у Армении в деле нахождения новых точек соприкосновения между США и Ираном также есть своеобразные функции. И активность в поиске этих точек  значимость Армении для США и Ирана лишь усилит. На что довольно прозрачно еще в 2016 году намекал американский посол в Ереване Ричард Миллс.

Продолжение -часть вторая