Ильгар Велизаде: Не считаться с политической реальностью, повсеместно создаваемой в мире призраком сепаратизма, уже нельзя

Руководитель клуба политологов “Южный Кавказ” (Баку) Ильгар Велизаде в интервью АрмИнфо рассуждает о последних трендах в переговорном процессе по Карабаху, комментирует позицию Баку по центробежным настроениям в Иракском Курдистане и Каталонии. Делится видением азербайджано-израильских отношений, обосновывает скандал вокруг “азербайджанской прачечной”.   

Не так давно президент Армении Серж Саргсян заявил, что в ходе всех последних этапов переговоров по Карабаху вопросы окончательного урегулирования конфликта не обсуждаются. Последняя встреча министров иностранных дел Армении и Азербайджана – часть вышеупомянутой переговорной логики или же у Вас есть иные соображения?

Мне кажется, что на нынешнем этапе целесообразнее было бы вывести за скобки переговорного процесса согласование окончательного статуса Нагорного Карабаха и сосредоточиться на решении тех вопросов, которые создают условия для нормализации ситуации вокруг процесса урегулирования. Проще говоря, необходимо обеспечить результативность переговорного процесса, чтобы минимизировать риски новой войны в регионе. В этом контексте как нельзя кстати подходит форма субстантивных переговоров, которая предполагает обсуждение тем в последовательной очередности и в зависимости от степени их важности и взаимосогласованности. А если принять во внимание, что как модераторы переговорного процесса, так и непосредственные его участники сегодня все чаще говорят о субстантивных переговорах, то не трудно предположить, что окончательное урегулирование конфликта рассматривается именно в качестве одного из последующих этапов переговоров.

Москва неоднократно предлагала Западу в лице американского и французского сопредседательства Минской группы ОБСЕ “найти общий знаменатель” по разрешению. Карабахской проблемы. На что, на Ваш взгляд, может опираться подобный общий знаменатель и каковы перспективы выработки общей позиции посредников по Карабаху?

Думаю, что «общий знаменатель» в понимании Москвы, это так называемая «Казанская формула», предложенная как раз российской стороной. Речь идет о возвращении Азербайджану районов вокруг Нагорного Карабаха, о размещении миротворческих сил в зоне конфликта. Возможно, при условии паритетного участия миротворцев из России и стран НАТО, а возможно с участием миротворцев из тех стран, которые к переговорному процессу прямого отношения не имеют, это предмет последующих договоренностей, деблокада региона конфликта и предоставление Нагорному Карабаху временного статуса. В общем и целом предметных возражений со стороны западных посредников на это предложение не было, но и явного согласия мы тоже не видели. На мой взгляд, западные страны предпочитают придерживаться мадридских принципов, которые имеют общее сходство с казанской формулой и расходятся лишь в деталях.

Прокомментируйте реакцию Баку на центробежные процессы в Иракском Курдистане и Каталонии. Карабах – единственная мотивация или же тут есть новые, более актуальные для Азербайджана резоны?

В Баку внимательно наблюдают за происходящим в Испании и Ираке и делают соответствующие выводы. В обоих случаях речь идет о деструктивных процессах имеющих следствие дезинтеграцию внутри важных политических игроков на карте Европы и Ближнего Востока, соответственно и возникновение новой политической реальности, новых очагов открытых конфликтов. Конечно, делаются аналогии с Карабахом, но есть в проявляемом интересе и другая мотивация. Скажем, Ирак, в некотором смысле - соседнее с Азербайджаном государство. Две страны связывают тесные исторические и гуманитарные связи. Достаточно сказать, что принято считать, что могила одного из известных на Востоке азербайджанских мыслителей и поэтов Физули, находится в Ираке. В свое время в Баку обучалось множество иракских студентов, да и сейчас бизнесмены двух стран активно взаимодействуют, развивается взаимная торговля, азербайджанские паломники часто совершают визиты в святые места в Наджафе и Кербеллы, все это связывает наши страны. А дезинтеграция этого государства в связи с референдумом в Иракском Курдистане, чревата серьезным обострением военно-политической ситуации в регионе, может повлечь за собой негативные гуманитарные последствия, привести к росту беженцев из Ирака и волна эта грозит накрыть весь регион. Я уже не говорю о перспективах распада Ирака на несколько государств. Конечно, оставаться безучастным к происходящему Азербайджан не может, и поддерживает соседние страны Турцию, Иран, другие региональные и внерегиональные государства, в конце концов, само иракское правительство в их стремлении сохранить Ирак единым государством. Государством, рассматриваемым не как очаг для последующей дестабилизации всего региона, а как образец сосуществования различных этнических и конфессиональных групп в рамках единой страны. Дальнейшая фрагментация Ирака, да и  всего Ближнего Востока несет риски для всех стран, как в пределах этого региона, так и регионов с ним граничащих. То же касается и Испании. Каталонцы вправе определять свою судьбу – это справедливо, но также справедливо и то, что при этом не должны страдать интересы других народов. Своего счастья за счет несчастья другого не построишь. История карабахского конфликта, история многих других конфликтов подобно нашему об этом свидетельствует более чем красноречиво.

Курдистан и Каталония стали очередными примерами реализации международного принципа – права народов на самоопределение. И, учитывая бурный рост государств-членов ООН на протяжении прошлого и в начале XXI столетия очень похоже, что в будущем тенденция будет лишь набирать обороты. Имеет ли, на Ваш взгляд, данный процесс общее, укладывающееся в глобальную политику, обоснование или же здесь следует иметь в виду лишь местные особенности каждой ситуации?  

Любой референдум относительно судьбы самоуправляющейся автономии только тогда может считаться легитимным, если он является следствием объемлющего политического компромисса и признается всеми сторонами, участвовавшими в соглашении. Как это было в Шотландии, например. Тот референдум был следствием большого политического соглашения между центральными властями в Лондоне и региональными в Эдинбурге. При этом оба его участника согласились признать итоги голосования, что бы оно ни показало. То, что произошло в Каталонии и на севере Ирака ни каким компромиссом, никаким консенсусом не является, выходит за рамки правового поля и, по сути, нелегитимно. Впрочем, основные международные организации и государства уже выразили свое отношение к этим плебисцитам, назвав их противоречащими нормам конституции Испании и Ирака. В то же время, объективно оценивая ситуацию, мы должны признать, что, образно выражаясь, призрак сепаратизма давно уже ходит по миру, повсеместно создавая новую политическую реальность, с которой не считаться уже нельзя. Этим обстоятельством давно уже охотно пользуются для реализации своих целей различные политические игроки, что приводит к весьма плачевным последствиям. Вот почему возникает необходимость в вынесении всем этим фактам, в общем, и по отдельности,  внятной политико-правовой оценки и определении более четких инструментариев по отношению данной проблематике на наднациональном уровне. На уровне Организации Объединенных Наций. Причем, я говорю не столько о карательных, сколько о профилактических мероприятиях, которые бы предупреждали возможность возникновения новых очагов сепаратизма и не давали нынешним принять форму открытых конфликтов, со всеми вытекающими последствиями. Надо постараться предотвратить эрозию нынешнего миропорядка, путем выработки более четких и артикулированных правил игры. Ведь не секрет, что вопрос относительно того, что первично «территориальная целостность государств» или «право наций на самоопределение» давно уже является предметом бесконечных споров не только в политическом поле, но и в научных дискуссиях и в дебатах правоведов. Естественно, международное право в целом  отводит приоритет принципу «территориальной целостности» и ставит его на первые позиции, но каким образом тогда интерпретировать понятие «право наций на самоопределение», означает ли то что реализация этого права подразумевает только и только создание собственного государства? Однозначного отношения к этим вопросам нет. Но в целом ряде случаев есть четкие варианты ответов. Так, согласно Глобальной стратегии ЕС суверенитет, независимость и территориальная целостность государств, нерушимость границ и мирное урегулирование конфликтов – ключевые элементы Европейской концепции безопасности. Имеет ли место в этом подходе учет местных особенностей или речь все-таки идет о нашедших в мировой практике обобщениях, каждый волен судить по-своему.

Журналистское расследование «Азербайджанская прачечная»  - лишь одна из многочисленных западных инициатив по усмирению Баку. “Официальные” причины – коррумпированность, антидемократичность властей страны. Поговорим о неофициальных?

Внешняя политика Азербайджана, заключается в обеспечении максимально возможной равноудаленности от мировых центров политики, что не всегда устраивает влиятельные политические круги в этих самых центрах. Для включения Азербайджана в орбиту своих планов применяются различные средства прямого и косвенного давления. Упомянутый Вами пример, больше подходит под способы косвенного давления. Ровно через год в Азербайджане состоятся президентские выборы. Похоже, кто-то решил заранее подготовиться к этому событию. Так сказать сыграть на опережение.

Арест и заключение гражданина Израиля в бакинскую тюрьму продемонстрировали наличие определенных подводных рифов в отношениях Израиль-Азербайджан. Охарактеризуйте состояние этих отношений, на Ваш взгляд, на сегодня?

На мой взгляд, в израильско-азербайджанских отношениях нет каких-либо существенных подводных рифов. По крайней мере, так называемое «дело Лапшина» никак на их состоянии не отразилось. Достаточно вспомнить, что визит премьер-министра Израиля Б. Нетаньяху в Азербайджан в декабре прошлого года, надо сказать успешный визит, пришелся именно на тот период, когда маховик этого дела активно раскручивался. Полагаю, что если фактор Лапшина играл бы какую-то существенную роль в отношениях двух стран, этого визита могло бы вообще не быть. Сегодня можно без преувеличения сказать, что отношения между двумя странами являются важным фактором в региональной политике, уникальным опытом продуктивного взаимодействия мусульманской страны с иудейским государством. И Израиль, и Азербайджан дорожат многолетним опытом сотрудничества. В Азербайджане все еще проживает значительное число горских евреев, а в Израиле живет несколько десятков тысяч выходцев из Азербайджана, это ресурс который служит мостом для сохранения гуманитарных связей между двумя странами. Я сейчас специально не останавливаюсь на известных Вам фактах военно-технического сотрудничества, чтобы продемонстрировать значительную часть других факторов, часто выпадающих из виду. Кроме того, Израиль является одним из покупателей азербайджанской нефти в значительных объемах и важным поставщиком на азербайджанский рынок новых технологий в самых разнообразных областях.