Пятница, 18 Января 2019 19:52

АрмИнфо.Руководитель «Общественного объединения гуманитарных исследований» (Баку) Аваз Гасанов в интервью АрмИнфо комментирует последние подвижки в процессе урегулирования карабахского конфликта в контексте смены власти в Армении. Рассуждает о внешних, влияющих на конфликт, факторах. Делится видением внутренних преобразований в Азербайджане.   

 

МИД Армении охарактеризовал четырехчасовые, парижские переговоры глав МИД Армении и Азербайджана как “полезный и конструктивный обмен мнениями, помимо прочего, нацеленный на установление более широкого взаимопонимания и взаимного доверия”. Идет ли, на Ваш взгляд, речь о качественно-новом уровне переговоров в направлении реальной нормализации отношений? Каковы ожидания от данного процесса в Баку? 

 

 

Говорить о нормализации отношений между Арменией и Азербайджаном пока рано, однако, процесс идет и идет достаточно активно, о чем говорят встречи глав МИД. Сдвигов и новых предложений в этом процессе пока нет, однако, согласно проправительственным экспертам и некоторым чинам в Баку, ожиданий от нынешнего переговорного процесса много. Что означает это “много” понять таким людям как я очень сложно. Мы можем лишь предполагать. Насколько я понимаю, пока что Никол Пашинян и Ильхам Алиев решили внимательно отслеживать нарушения режима прекращения огня. После встреч премьер-министра Армении с президентом Азербайджана в Душанбе и Москве стало ясно, что отзываются друг о друге Пашинян и Алиев если не с симпатией, то достаточно осторожно и корректно. На мой взгляд, это главный момент, который мы наблюдаем после их двух встреч. Для того же чтобы говорить о каких-то реальных подвижках в переговорах по Карабаху нужно отметить то, что мы имеем на данный момент. Помимо смены в тональности общения лидеров, могу отметить некоторое понимание во властных коридорах в Азербайджане в отношении внутриполитической ситуации в Армении. Мы неоднократно слышали и продолжаем слышать в Баку из уст высоких чинов, что для активизации переговорного процесса по Карабаху Пашинян сначала должен нормализовать внутреннюю ситуацию в Армении. То есть, к этому в Азербайджане относятся с пониманием.

 

А стала ли смена власти в Армении своеобразным катализатором переговорного процесса в целом?

 

Поначалу заявления Пашиняна относительно его желания представлять в переговорном процессе исключительно Армению были встречены в Азербайджане с некоторым замешательством и, соответственно, критикой. Однако, отношение к армянскому премьеру, к его подходам в первую очередь провластных СМИ и пропагандистов изменилось после его первой встречи с нашим президентом. Соответственно, можно предположить, что Пашинян стал более понятен Алиеву после встречи, после чего соответственно стали более нейтральны и публикации в наших СМИ. Данной встречей Алиеву нужно было продемонстрировать продолжение переговорного процесса. Пашиняну – собственную интеграцию в клуб руководителей стран СНГ.   

 

Вопрос к Вам как к правозащитнику. По данным Генпрокуратуры, из скончавшихся в 2018 году в рядах ВС Армении и Армии обороны Арцаха 63 военнослужащих лишь 7 были убиты противником. Все остальные погибли в результате неуставных отношений, ДТП, других несчастных случаев. Таким образом, в сравнении с 2017-м в 2018-ом число погибших от пули противника сократилось более чем втрое. А как с этим обстоят дела в Азербайджане?  

 

До 2016-го года соответствующая статистика нами велась, однако, сегодня реальными данными не обладают, во всяком случае, не публикуют даже занимающиеся этим неправительственные организации. Могу лишь сказать, что 2018-й для Азербайджана был годом затишья на линии соприкосновения, обусловленного внутриполитическими изменениями в Армении. В Баку за ситуацией внимательно следили, предпочитая ситуацию на границе со своей стороны не нагнетать. И подобная выжидательность не сопровождалась даже особой агрессией. После чего о компромиссах заговорили уже не только в Армении, но и в Азербайджане. Не думаю, что это стало результатом внезапного озарения, скорее тут мы имеем дело с осознанием властями собственной выгоды. И скорее всего осознание это стало результатом безвыходности положения. Говорить о скором разрешении карабахского вопроса после 25-30 лет фактического застоя становится все труднее и труднее. Отсюда склонность обеих сторон к разговорам о компромиссах. Аналогичным образом Никол Пашинян осознает нереальность налаживания отношений с Азербайджаном в условиях продолжающегося удерживания всех без исключений территорий. Как результат и Азербайджане, и в Армении стали относиться к переговорному процессу более серьезно. И тренд от милитаризма к примирительному тону в переговорах наблюдался с осени прошлого года с началом серьезных обсуждений сути переговорного процесса. Единственная альтернатива – война и подтверждение долгосрочности российского присутствия в регионе.  

 

Иными словами, Вы обуславливаете формирование тренда от милитаризма к примирительному тону в переговорах стремлением сторон нивелировать именно российский фактор?

 

Россия является пугающим фактором и для Азербайджана, и для Армении. Не было бы России с подобным имиджем, главы наших государств уже давно обсуждали бы конкретные детали урегулирования за столом переговоров. В условиях же присутствия и давления России сделать это довольно сложно. Любые компромиссы, любое усиление позиций как Армении, так и Азербайджана России не нужно и не выгодно, поскольку именно статус-кво удерживает нашу зависимость от влияния Москвы. Однако, Москва вполне может провоцировать стороны конфликта на его обострение и переход в военную фазу тогда, когда ей необходимо “наказать” кого-то из них за излишнюю строптивость. Пример – апрель 2016-го, август 2014-го года. Делается это самыми различными способами, но механизм, при этом, один – это Карабах. Именно поэтому Баку всегда больше беспокоит линия соприкосновения чем, собственно, армяно-азербайджанская граница.

 

Вы отметили интерес России, а в чем интересы двух остальных стран-сопредседателей: США и Франции?

 

США стремятся сохранить влияние на Кавказе, зоне армяно-азербайджанского конфликта также посредством участия в модерации карабахского конфликта. Прямого влияния на Армению и Азербайджан у США, конечно, нет. Как очень любят говорить в Азербайджане, ключ от Карабаха находится в Москве. На мой взгляд, это большая иллюзия наших политиков и чиновников. Россия, конечно, играет в урегулировании очень важную роль и имеет на стороны гораздо большее чем ЕС и США влияние. В этом свете, американцы весьма заинтересованы в сохранении существующего формата стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ. В конце концов, это единственный сегодня формат где США и Россия продолжают сотрудничать. И единственный формат, предоставляющий американцам возможность участвовать в кавказских делах. Соответственно, интерес США и ЕС к ситуации вокруг Карабаха есть, но в отличие от российского, он не прямой, а исключительно опосредованный. Лучшее свидетельство – количество и главное содержание публикаций в западных и российских СМИ относительно ситуации вокруг Карабаха. Если в первом случае это исключительно аналитика и рекомендации, то во втором – оголтелая пропаганда и информационные сливы, подкрепляемые периодическими наездами в Баку рогозиных и дугиных. И делается это все с целью удержать нашу аудиторию под влиянием российских настроений. В свою очередь ЕС, к сожалению, полностью укрепиться в регионе посредством французского сопредседательства все еще не смог. На мой взгляд, если бы в МГ ОБСЕ Евросоюз был представлен как структура, а не посредством Франции, механизмы его влияния на процесс урегулирования были бы гораздо обширнее. Поэтому, сколько бы мы не говорили, изменить формат Минской группы в обозримом будущем никому не удастся. Странам-сопредседателям это просто не нужно, по крайней мере, до тех пор, пока перемирие хоть как-то, но соблюдается.

 

А исходит ли сохранение статус-кво вокруг Карабаха из интересов США?   

 

Не думаю. Искоренение карабахского конфликта и, соответственно, российского влияния немедленно открыло бы путь в регион зарубежным инвестициям, в первую очередь американским. США реально заинтересованы в создании безопасного, энергетического, интеллектуального, неподконтрольного России коридора через Южный Кавказ. Речь идет о беспрепятственном использовании энергетического потенциала Азербайджана и интеллектуального Армении. Без присутствия и его ориентирования на Россию американцы с удовольствием подружились бы с этим потенциалом более тесно.  

 

В своем последнем выступлении Ильхам Алиев анонсировал в стране крупные социально-экономические и политико-структурные изменения. Откуда пришло и чем, на Ваш взгляд, может быть обусловлено осознание необходимости подобных реформ?

 

Необходимостью избавления от старой команды. Это стало заметно еще в результате замены некоторых министров после внеочередных президентских выборов в Азербайджане. И если в этом году в Азербайджане пройдут еще и внеочередные парламентские выборы, что вполне вероятно, то мы можем ожидать и коренного обновления состава парламента, поскольку состав существующий заседает уже третий созыв. Исходя из заявлений Алиева об устарелости системы управления страной, можно предположить наличие у него реальной заинтересованности в реальном кадровом реформировании, а не привычной ротацией-перестановкой кадров. Алиев заинтересован в приходе к управлению создаваемыми им механизмами новых, образованных, далеких от советского мышления кадров. С приходом новых министров мы уже наблюдаем признаки избавления от советского наследия. Возможно, это прозвучит смешно, но сотрудники этих министерств, к примеру, никак не могут отвыкнуть от многолетней привычки кланяться министрам. Для министров с западным образованием и мышлением это просто недопустимо и вызывает прямо обратную реакцию.  В свою очередь недовольны и сотрудники, поскольку теперь они просто не знают, как себя вести, чтобы угодить начальству