Вагаршак Арутюнян: Дональд Трамп меняет тактику, но не стратегию

Экс-министр обороны Армении, генерал-лейтенант Вагаршак Арутюнян в интервью АрмИнфо рассуждает о последних импульсах в ближневосточной политике США и России. Комментирует тонкости, коррекции в целях, тактике и глобальной стратегии США под управлением республиканцев и демократов. Место, роль и интересы Армении в свете ближневосточных процессов.         

Выпущенные в аэродром Шайрат в провинции Хомс в Западной Сирии с двух военных кораблей ВМФ США в Средиземном море 59 крылатых ракет "Томагавк" администрация Дональда Трампа представила как ответ на химическую атаку сирийской армии в Идлибе. Вопрос военному - какова степень эффективности, вероятность и вообще мотивация применения химического оружия в городских условиях?       

Никакого смысла применять химическое оружие против террористов у Асада не было. А если это не так и он все-таки его применил, то где погибшие боевики? Дети, конечно, могли погибнуть, но основной удар все-таки должен был быть нанесен по боевикам c соответствующим пороговым летальным исходом. Дальше. Применение химического оружия в городских условиях отсутствия общей линии фронта, когда боевики дислоцируются очагово, абсолютно лишено смысла. Все химическое оружие было вывезено из Сирии под контролем Организации по запрещению химического оружия, получившей за свою работу Нобелевскую премию. Наконец, о применении боевиками изготовленного кустарным образом химического оружия известно достаточно давно. И в свете всего вышеперечисленного, версия Асада, объясняющая массовое отравление людей попаданием авиаудара сирийской армии в место, где производилось это химическое оружие, выглядит достаточно правдоподобно. Наконец, непонятно, что помешало провести в полном соответствии с международным правом, к примеру, той же созданной по Сирии организацией, соответствующую техническую экспертизу, как этого требовала Россия? Не думаю, что кто-то стал бы выступать и против вынесения данного вопроса на обсуждение Совета безопасности ООН. Есть еще один немаловажный фактор, чтобы нанести удар подобно тому, что нанесли США по Сирии, нужно его предварительно планировать. Меж тем, американские томагавки полетели на Сирию уж на следующий день после предполагаемого применения химического оружия. И подобных вопросов и нестыковок множество, что позволяет с большой вероятностью прийти к выводу, что США просто был нужен повод.

А повод был создан боевиками?

Я этого не исключаю. После предполагаемой химической атаки практически вся антиасадовская коалиция, как в Сирии, так и вне страны, заявила о невозможности вести с ним переговоры. Хотя до этого, к примеру, те же американцы утверждали, что на данном этапе Асад переговорам и борьбе против ИГИЛ не помеха.

Американская бомбардировка сирийского аэродрома странным образом совпала по времени с визитом в США лидера Китая Си Дзинь Пиня. Какие цели преследовала администрация Трампа бомбардировкой Сирии, помимо “игры мускулами” перед главным геополитическим соперником в лице Китая?                      

Китай был одним из целей. При этом, американская акция в Сирии имела множество адресатов. Это внутренняя ситуация в США, это Китай, это Россия, союзники США: НАТО, ЕС, Израиль, союзники по региону. Удар по Сирии был произведен с целью  очередного подчеркивания значимости США, самоутверждения самого Трампа, получения поддержки сил, выступающих в поддержку Демократической партии и против республиканцев. Таким образом США намеревались восстановить лидерство в регионе, объединить вокруг себя союзников по НАТО, ЕС и региональных игроков. Яркий пример – немедленная поддержка, выраженная Штатам Турцией. Поэтому американская операция в Сирии направлена на решение именно глобальных, а не локальных задач.

Несмотря на то, что президенты-республиканцы традиционно считались сторонниками более жесткой внешней политики, чем демократы, воцарение Трампа было встречено в России, в целом, с необоснованной эйфорией. Однако, его первые шаги, как будто, говорят о не самых лучших тенденциях в российско-американских отношениях…

Сегодня, как и прежде, США предлагают России роль “под Западом”, продолжая называть ее региональной державой и даже бензоколонкой. И смена лидера в США с демократа на республиканца и наоборот, никаких новшеств в эти предложения не привносит, поскольку никакой иной роли России предлагаться не может. В ответ Россия постепенно восстанавливает свои позиции, на что США отвечает ударами наподобие сирийского.

Какие риски и угрозы содержит в себе перспектива падения режима Башара Асада?

То, что произойдет после падения Асада, мы уже видели в Ираке и Ливии. Ясно и очевидно, что единственная законная власть в Сирии, способная сегодня удерживать там ситуацию, - Асад. Потому что приход к власти в Сирии ИГИЛ, “Джабхат-ан-Нусры” или “Свободной сирийской армии” приведет Сирию к неминуемому распаду и распространению хаоса за границы Сирии. В результате ближневосточной нестабильности Европа уже получила беженцев, террористические акты и сегодня стоит перед серьезнейшими вызовами. Меж тем, как в борьбе с ИГИЛ практически все страны сегодня имеют и решают собственные задачи. К примеру, Турция использует ИГИЛ для достижения своей заветной цели по созданию мусульманского халифата турецкого типа, потому что задачи ИГИЛ и Турции практически полностью идентичны. Реальные цели США и Запада и в целом, и в Сирии – геополитическая борьба, глобальное сдерживание России и Китая посредством все того же ИГИЛ. После вступления советских войск в Афганистан США совместно с Усамой Бен Ладеном создали движение “Талибан” с целью втянуть СССР в затяжную войну, отвлечь от решения внутренних проблем и привести страну к экономическому коллапсу, так как день войны в Афганистане обходился СССР слишклм дорого. Потом “Талибан” развернулся против самих США, которые ответили на это вторжением в Ирак. Так вот, в своем большинстве ИГИЛ – это бывшие офицеры армии Ирака, страны, насильственно разделенной на три части. Американский генерал Уэсли Кларк в своей книге “Как победить в современной войне” вспоминает, как придя в Пентагон на следующий день после 11 сентября 2001 года, один из его коллег заявил, что ответом США станет удар по Афганистану. В ответ на вопрос Кларка, а почему по Афганистану, если из 19 террористов 15 были выходцами из Саудовской Аравии, коллега объявил о планах Пентагона начать войну в течение ближайших лет с Ливией, Сирией, Сомали, Суданом, Ираном  и Ираком. И все эти войны имели единственную цель - достичь регионального и соответственно глобального лидерства США. Именно эту цель ставили и ставят США в своей глобальной, а в данном случае, ближневосточной политике.

Иными словами, экспансионизм для страны подобной США безальтернативен. А тенденции Трампа к изоляционизму – разговоры в пользу бедных…  

Разумеется. Для державы такого рода удерживание единоличного лидерства – задача номер один. США существуют за счет доступа к дешевому сырью, обеспечения для себя рынков сбыта, как при демократах, так и при республиканцах. Вся разница лишь в тактике. Если правительству вдруг не удастся обеспечить существующий в США внутренний высокий уровень жизни, это приведет к развалу страны. А для этого им необходимо мировое лидерство. 

В продолжение вопроса. Барак Обама сделал все для достижения мирного решения иранской ядерной проблемы. Дональд Трамп позицию предшественника существенно ужесточил. И 10 апреля  спикер Меджлиса Ирана Али Лариджани, осудив американский удар по Сирии, анонсировал ответные меры. Можно ли сказать, что главной мишенью США в регионе является Иран, а Сирия – лишь путь к его подбрюшью? 

Конечно, следующая американская цель после Сирии именно Иран. Думаю, что администрация Обамы стремилась вывести Иран мирным путем посредством переговоров из обоймы собственных противников, оставив Россию наедине с США. Дональд Трамп считает возможным добиться того же посредством давления. Таким образом, меняется тактика, но не стратегия обеспечения лидерства посредством жесткой или мягкой силы. При этом, я не считаю, что сегодняшняя военная мощь США позволяет им принудить Иран к геополитической капитуляции. Для решения проблем подобного масштаба ресурсов у США недостаточно, ни военных, ни экономических.   

От ближневосточной нестабильности Армения защищена стабильными буферами в виде Ирана и Турции. Способна ли Армения устоять в случае переноса ближневосточной нестабильности из Сирии в Иран и Турцию?

Иран – естественный союзник Армении, проводящий в регионе взвешенную, стабильную политическую линию. Турция – региональный терминатор. От ближневосточной нестабильности Армению защищают хорошие отношения с Ираном, собственные Вооруженные силы и российская военная база. Поэтому возможности переноса ближневосточной нестабильности, в случае падения Сирии, в Армению я не усматриваю. Дестабилизация в регионе в этом случае усилится, и нестабильность может, конечно, перекинуться на Иран. Однако, Армения в регион, где пересекаются интересы внешних сил, стоящих за сирийскими акторами, не попадает.  В нашем регионе Армения является целью Турции, однако, отсутствие аналогичных целей у других игроков делает реализацию турецких аппетитов невозможной. При этом, на мой взгляд, Иран, являясь мощным государством с вековой историей, свои интересы защищать, безусловно, способен. Собственно поэтому Иран в Сирии и воюет. Сирия, при этом, исторически является страной, дружественной Армении. Именно сирийцы приняли наших спасавшихся от геноцида соотечественников, впоследствии живших и процветавших в Сирии. Поэтому победа ИГИЛ в Сирии приведет к окончательному уничтожению в этой стране христианской цивилизации. И непонятно, как отдельные цивилизованные страны фрагментарно могут способствовать усилению ИГИЛ. Ответ в отсутствии работы на долгосрочную перспективу. Все эти страны работают на краткосрочную в лучшем случае среднесрочную перспективу для решения каких-то региональных проблем. Однако, в результате мир получает проблемы глобальные и долгосрочные, пример чему сегодняшняя Европа. И цивилизованному  миру следует если не объединить усилия, то хотя бы снять имеющиеся разногласия, на которых играет уже фактически вышедший из под контроля, ИГИЛ, при помощи своих союзников Турции и Саудовской Аравии.