Арсен  Харатян: Конструктивный диалог при отсутствии закрытых тем – основа упрочения отношений

АрмИнфо. Советник премьер-министра Армении по внешнеполитическим вопросам Арсен Харатян в интервью АрмИнфо комментирует последние события в армяно-российских отношениях. Декларирует основные внешнеполитические векторы Правительства Армении, отмечая отсутствие намерений в их кардинальной смене. Делится видением урегулирования конфликта вокруг Арцаха, позицией Правительства Армении в отношении возвращения Степанакерта за стол переговоров.     

В ответ на просьбу журналистов прокомментировать решения об аресте Роберта Кочаряна и Юрия Хачатурова глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что “Россия как союзник Еревана всегда была заинтересована в стабильности Армении, поэтому происходящее там не может нас не беспокоить”. Действительно ли имеет Москва повод для подобного беспокойства?

Оснований для беспокойства у наших союзников быть не должно. Во всяком случае, об этом свидетельствует логика развития наших союзнических отношений. После смены власти в Армении, премьер-министр Никол Пашинян неоднократно отмечал отсутствие темных углов в армяно-российских отношениях. Мы предельно открыто и интенсивно общаемся с российскими коллегами. Это находит свое отражение в частоте взаимных визитов и усилия нового Правительства нацелены на обеспечение последовательности в развитии армяно-российского сотрудничества в самых различных отраслях. Соответственно, обо всех наших договоренностях с Россией прекрасно известно всем, никаких тайн тут нет. Конечно, мы не сбрасываем со счетов то, что в условиях кардинального обновления в Армении состава Правительства потребуется некоторое время для закрепления новых  коммуникационных каналов. Однако, на мой взгляд, этот вопрос будет совместно разрешен в самое ближайшее время. Я бы рассматривал данный вопрос именно с этой точки зрения.

Тем не менее, многие российские и что, на первый взгляд, должно вызывать удивление, армянские СМИ и представители экспертного сообщества поспешили охарактеризовать ситуацию вокруг замены генсека ОДКБ как скандал и даже кризис в армяно-российских отношениях. Как оцениваете нынешний этап отношений с Россией Вы? 

Я отнюдь не склонен оценивать ситуацию вокруг генсека ОДКБ как скандал или кризис. Хотел бы еще раз сакцентировать внимание на том принципиальном моменте, что этот процесс имеет сугубо внутренний характер. Правительство Армении придаёт особое значение развитию сотрудничества в рамках ОДКБ и упрочению Организации в качестве действенной региональной структуры, которая призвана обеспечить гарантированные условия безопасности для развития государств-членов. Ставя во главу угла задачу исключения какого-либо влияния данного процесса на деятельности Секретариата, о чем мы информировали наших партнёров по ОДКБ, а также, собственно, Секретариат, мы инициировали ряд шагов, в числе которых первым является инициатива досрочного прекращения полномочий действующего Генерального секретаря. Уверен, что все государства-члены заинтересованы в разделении внутренних факторов от факторов внешних, и поддержат предложенный нами алгоритм работы. В данном направлении существует вполне легальный процесс, через который мы сейчас проходим.

В 2017 году, при утверждении кандидатуры действующего генерального секретаря, был зафиксирован срок до мая 2020 года. Инициируя досрочное прекращение полномочий, назовете имя нового кандидата?

Кандидатура вносится по официальным каналам.

Уточняющий вопрос. При принятии того или иного решения по части ОДКБ, рассчитывает ли Правительство Армении вероятную приемлемость такого решения для всех стран Организации, в первую очередь для России?

При всех наших решениях, конечно же, учитываются и принимаются во внимание все те аспекты, которые важны для этой структуры. И премьер со своими советниками и другими, вовлеченными в данный процесс, структурами, конечно же, исходят, в том числе из упомянутого вами аспекта.   

В мире сегодня появился, в целом, новый тренд, когда многие решения во внешней политике принимаются исходя из внутриполитических реалий, иными словами, из пожеланий общества. Вы не усматриваете подобного контента во внешней политике Армении, особенно по части последних арестов экс-высокопоставленных, да и действующих чинов?  

1 марта 2008 года на улицах Еревана было убито 10 человек, более двухсот были ранены, многие были арестованы. На мой взгляд, “дело 1 марта” является абсолютно внутренней проблемой Армении. И ее разрешение важно, как для оценки прошлого, так и для будущего Армении. Именно поэтому мы рассматриваем “дело 1 марта” и все сопутствующие процессы исключительно как внутренний, не связанный с внешней политикой, вопрос.

Пока что контакты нового главы Армении с руководством Азербайджана ограничилось его знакомством с Ильхамом Алиевым. Есть ли другие подвижки в направлении реанимирования карабахского процесса?

Напомню, что в Брюсселе состоялась также встреча глав внешнеполитических ведомств Армении и Азербайджана, также как и их встреча с сопредседателями Минской группы ОБСЕ. Мы продолжаем утверждать, что готовы рассматривать исключительно мирное разрешение карабахской проблемы в рамках мандата сопредседательства МГ ОБСЕ. На мой взгляд, здесь предельно ясно, что мы имеем в виду под подобной позицией. Что же касается возможных подвижек в переговорном процессе, то пока что они сводятся к двум встречам глав МИД, до Брюсселя они общались и в Минске. Хочу напомнить, что карабахский процесс урегулирования приостановился не вчера и уж точно не в результате смены власти в Армении. Мирный процесс пробуксовывает уже долгое время.

Премьер-министр Армении фактически выступил с заявлением о необходимости возвращения Арцаха за стол переговоров. Делаются ли конкретные шаги в направлении реализации данного заявления?

Будучи уроженцем Армении, премьер-министр неоднократно заявлял об отсутствии каких-либо собственных позиций в Арцахе. Именно поэтому, выражая готовность продолжать мирный процесс с Азербайджаном, Никол Пашинян подчеркнул свое намерение представлять в этом процессе исключительно Армению. На мой взгляд, подобная позиция весьма логична. Если мы хотим прийти к длительному, прочному миру, если мы хотим решать вопрос, Арцах просто не может не быть частью данного процесса. Все эти подходы были нами озвучены и заявлены. Каким образом, и в каком направлении их продвигать станет окончательно ясно после создания необходимой для сдвига переговорного процесса атмосферы.

Назовете основные существующие или планируемые векторы трансформаций во внешнеполитической линии нового правительства Армении?

Ожидать существенных изменений во внешней политике Армении не стоит. Собственно, об этом было заявлено на самом высоком уровне неоднократно. Мы будем продолжать развивать заявленный курс на придание большей эффективности отношениям Армении, как в двустороннем, так и многостороннем форматах. Это - союзническое взаимодействие с Россией, это сотрудничество в рамках ОДКБ, ЕАЭС и СНГ, это договоренности Армении с Евросоюзом в рамках CEPA. И, конечно же, наши отношения в американском, азиатском и ближневосточных направлениях. Поэтому, перспектив к большим переменам во внешней политике Армении не просматривается. Произошедшие в Армении трансформации носили исключительно внутриполитический характер и были начисто лишены какого-либо геополитического контекста. Поэтому, заявления премьер-министра Армении об отсутствии смены векторов всего лишь продолжают и, собственно, подтверждают взятый изначально курс. Налаженные Арменией на внешнем контуре отношения, направления и приоритеты не являются сиюминутными, они носят глубинный характер.  Новое Правительство просто поставило пред собою цель повысить их эффективность в интересах развития страны и повышения уровня благополучия граждан.

Вы в очередной раз подтвердили отсутствие перемен во внешнеполитическом курсе. Однако, опять-таки в российском публичном пространстве скепсис в отношении руководства Армении доходит до масштабов, позволяющих усмотреть за внешней политикой Еревана “руку Сороса”. Чувствуете ли Вы, как человек участвующий в переговорах, аналогичный или близкий уровень скепсиса непосредственно со стороны российских коллег?

Могу сказать, что все наши переговоры с  партнёрами всегда характеризуются и характеризовались четкостью и однозначностью позиций, которые одинаково озвучиваются вне зависимости от площадки общения. Это касается и переговоров с российскими коллегами. Для нас данный аспект очень важен, о чем неоднократно говорил премьер. Тем не менее, Правительство Армении новое, соответственно,  мы – новые лица, прежде всего, сами должны адаптироваться к имеющимся реалиям. Думаю, что это восприятие должно осесть и у наших партнеров. В этом смысле продвижение есть и со временем оно будет лишь расти. Эффективность совместной работы в немалой степени связана со степенью коммуникации. Мы это понимаем и работаем в этом весьма важном направлении. Еще в самом начале произошедших в апреле-мае сего года процессов в Армении российское руководство отнеслось к происходящему, в целом, весьма лояльно. Мы это очень ценим и придаем подобному отношению большую важность. Однако, то что мы намерены продолжать и развивать союзнические отношения с Россией отнюдь не означает, что у нас нет вопросов, требующих решения. Главное в том, что все эти вопросы решаемы, и решаемы посредством диалога. Диалог открыт и для того, чтобы для всех, включая и нас, все стало предельно ясно просто нужно немного времени и общения, в чем мы заинтересованы. Открытый, эффективный диалог – важный сегмент решения вопросов. Фиксация того, что при глубине наших отношений, есть вопросы, которые необходимо решать, и решать совместно -  это уже залог их решения. Армения и Россия имеют долгую историю взаимоотношений. В конечном итоге, произошедшие кардинальные перемены во внутренней жизни Армении нацелены на то, чтобы Армении стала внутренне более сильной и в этом качестве развивала со своими партнёрами взаимоотношения на качественно новом, более высоком уровне.